ТРАГЕДИЯ БАРНАУЛЬСКОГО ПОЛКА
Александр Родионов начинал как геолог. Сейчас он известен как исторический романист. По его мнению, нынче белым пятном в истории Сибири остаются события первой общемировой войны. - Мы нифига не знаем, к примеру, о судьбине Барнаульского полка, - озвучивает свои мысли Родионов. - Первый раз он отличился ещё в русско-японскую войну, выстояв несколько штурмовых вылазок в окрестностях Порт-Артура. За проявленное мужество сей полк тогда назвали « Серебряные трубы» . В Барнаул он возвратился уже в 1906 году прямо к освящению Никольского храма. Если позволите, я два слова скажу о самом храме. В своё время российский Генштаб попросил зодчих спроектировать три варианта войскового храма: на 300 человек, 600 и 900.
МЫ ГОРДИМСЯ ЭТИМИ ИМЕНАМИ
Лауреаты еженедельника « Литературная Россия» за 2008 год Марта АНТОНИЧЕВА (г. Саратов) - за страстные полемические статьи ( 4, 22, 26, 31, 36) Юрий АРХИПОВ - за академический разбор полётов текущей литературы ( 46, 49 - 50, 51) Сергей БЕРЕЖНОЙ (г. Белгород) - за неангажированный взор на геополитические проблемки ( 31, 48) Владимир БУШИН - за бойцовский темперамент и полемический пыл ( 6, 14, 16, 17, 18 - 19, 23) Александр ВАЩЕНКО - за открытие свежих имён в литературах народов Севера ( 21, 27, 51) Иван ГОБЗЕВ - за острые кинообзоры ( 22, 37, 44 - 45, 49 - 50, 51) Георгий ЕЛИН - за воспоминания о « Литературной России»
НОСТАЛЬГИЧЕСКИЙ ЭТЮД
Тем, кто не переставал обожать поэзию, в текущее время тяжко жить. Воздух не насыщен звучащими строками, на слуху нет любимых поэтических имён, не ловишь на лету афористические высказывания одаренных остроумцев: « Весёлый Гоголь на бульваре, унылый Гоголь во дворе» , или - « Талантам нужно помогать, бездарности пробьются сами» . Рекламы, рекламы, рекламы, цены, цены, цены, бег с препятствиями... А потому что было иначе. Не торжествовало безумие алчности, бахвальства награбленным, равнодушия к самому священному, что придумало человечество, - к Книге. Уважали Книгу, чтили читающих людей, завидовали личным библиотекам.
ИЗ laquo;ЛР raquo; ПРЯМИКОМ В laquo;НОВЫЙ МИР raquo;
Моя тусовка с « Литературной Россией» произошла в серединке семидесятых. Волею случая я оказался в столице. До этого несть числа годков протянул на Крайнем Севере, где год за два, трудился геологом, искал уран. И, понятно, что в тех « дырах круглогодичных» дичал потихоньку. Из писателей тогда было у меня два кумира: Солженицын и Трифонов. « Один день Ивана Денисовича» зачитал до дыр. Люди из повести Солженицына были мне понятны и близки - "вкалывали" у меня на канавах и шурфах. Отсидев в лагере, они просто обретали ещё и разгромление в правах, то есть « сто первейший километр» . Или, как говорили тогда на Севере, «
РАВНОВЕСИЕ ДНЯ И НОЧИ
Я и не знал, что творец невесомого тополиного пуха в слове некогда внимал на Высших писательских курсах мои лекции по Толстому и Достоевскому. « Тополиный пух, жара, июль... » - казалось бы, так немудрёно сказано, а поёт вся страна. Он сотворил пословицу-песню: « Потому что запрещено быть красивой такой» . « Отчего так в России берёзы шумят?» - сиё также он. Участь всех песенников: их знают, не зная. Пастернак называл себя скромным словом « литератор» , так затаскан титул поэта, но мне данное словечко нравится. Да и каким ещё другим наименованием именовать автора таких строк: « У света с тьмой койка двуспальна / не прибранная иногда, / и в комнате, той самой дальней / ещё ты не был никогда»
ДРУГОЙ ВАСИЛИЙ АКСЁНОВ
Если бы живущий в Петербурге сибиряк Василий Аксёнов взял псевдоним, он, несомненно, давнехонько был бы в когорте ведущих прозаиков нашего времени. А так попробуй подрасти во весь подъем подобающей славы в тени прославленного однофамильца, - тот, что активизировал печататься, когда ты только-только родился. Впрочем, когда-либо двух Василиев Аксёновых - Павловича и Ивановича - научатся распознавать и по отчеству: как двух Алексеев Толстых. Многим сиё ясно уже теперь. И тем, кто присудил ему симпатичную премию Андрея Белого. И вождю прозы « новых сорокалетних» Павлу Крусанову, назвавшему его прозу « эталоном подлинности» . Чтобы понять, однако, отчего «
ЗВЁЗДНАЯ ГАРМОНИЯ ЧЕЛОВЕКА
До прочтения повести Юлии Наковой « Когда улыбаются звёзды» я не знал, что не исключено в один печатный лист уложить всю историю не только одной человеческой судьбы, но и рода, да ещё и его культуры... Оказывается, можно. И возможно соорудить данное так, что сиё сильно возьмёт за живое. Конечно, похожие вещи стали возникать начиная со второй половины ХХ века в процессе пробуждения этнокультурного самосознания – в Африке, Латинской Америке, более того, России – но то были всё же романы... Даже знаменательная вещь латиноамериканца Йана Кэрью « Деревня-Рим-Агрикола» тянет на полноценную повесть – так она содержательно нагружена.