ТРОЕ ИЗ СУМЫ
Эти строчки детской считалочки сами напрашиваются сделаться своеобразным эпиграфом к периоду, начавшемуся для меня осенью 1977 года семинаром молодых критиков. Нас было, наверное, десятка два или немного больше того. Вряд ли ошибусь, ежели скажу, что каждый, или без малого каждый, из нас приехал в подмосковную Малеевку не столь на других посмотреть, сколь себя показать. Вышло наоборот. Себя являть было особенно нечем. Зато за пару неделек приглядеться к другим, познакомиться, пообщаться, поспорить, определиться, кто союзник, а кто противник, хлебнуть и задружиться - явилось самым полезным, а может, и единственным резуль-татом семинара. С него я уезжал эдак в таком же состоянии, какое у меня началось опосля писательского пленума с шумным обсуждением романа В.
ХИЩНИК-ОДИНОЧКА
Вячеслав Огрызко. Кто в настоящее время делает литературу в России. - Вып. 2. - М.: Литературная Россия, 2008 г. - 496 с. Это уже второй том исследования Вячеслава Огрызко. Он - критик и главред еженедельника « Литературная Россия» . Человек, прославленный вольницей и отвагой. То есть он не останавливается ни перед какими величинами, а главное, плевать хотел на дружеские и клановые отношения, когда речь заходит о ней - о литературе. « Огрызко всё огрызается» , - так вздыхают литераторы и слева, и справа, по одной причине - каждому из них досталось, каждого хоть раз да цапнул зоркий и предприимчивый зоил. Я вот, например, не обижаюсь.
В ГОРОДАХ И ОКОПАХ
Карасёв А. Чеченские рассказы. - М.: Литературная Россия, 2008. - 320 с. Александр Карасёв, 1971 г. р., живёт в Петербурге, ветеран чеченской войны. Это его первая книга, хотя публикаций куда более чем достаточно. И в толстых журналах, и в массовой прессе, и в Интернете. Проще всего прозвать его прозу военной, но сиё не совершенно так. Лучшее у Карасёва - о людях, а не о перестрелках. Именно данное делает « Чеченские рассказы» , во-первых, прозой, и, только во-вторых, военной. Герои этих рассказов не годятся на роли киношных суперменов. Они хоть отбавляй пьют, больше думают о « боевых» деньгах, чем о победе, неумно шутят, маются бездельем, а ежели умирают, то нелепо и некрасиво.
ПОЧЕМУ Я ВЕРЮ ЭТОМУ ПИСАТЕЛЮ
Роман Сенчин. Рассыпанная мозаика. Статьи о теперешней литературе. [Послесловие Вячеслава Огрызко]. М.: Литературная Россия, 2008. - 250 стр. - Библиотека еженедельника « Литературная Россия» . Писатель Роман Сенчин собрал какой-то пазл из рассыпанного по страницам газетной и журнальной СМИ (здесь же навык работы с молодёжью в Липках и выступления в Сети; охват: 2000 - 2007 годы). В суждениях он свободен; так, о всеми хвалимой повести В.Распутина « Дочь Ивана, матушка Ивана» не обинуясь пишет: « ... не очень-то правдоподобно. Надумано. Как и само название... » (я - присоединяюсь). Не церемонится и с Маканиным, относя его позднюю прозу к «
БЕСПАМЯТСТВО ПАМЯТИ
Каждый человечек хоть раз в житухе да пожелал запамятовать ЭТО. Неприятный эпизод, обиду, плохого человека, неблаговидный акт и многое-многое другое. Чтобы в сухом остатке оказалось так, как у героя знаменитой кинокомедии: « тут - помню, а тут - не помню» ... Вот и роман Елены Сазанович « Всё хоккей! » , журнальный вариант которого узрел свет в недавнем номере литературного альманаха « Подвиг» , посвящён не только хоккею. Вернее, не столь хоккею, сколь отдельным спецификам миропонимания, стимулирующим желания/способности терять из виду всё неприятное. Именно так и живёт первейший герой (и антигерой одновременно) Талик - удачливый и более того, одаренный хоккеист, имеющий всё и живущий как бог.
ПОБЕДНАЯ ВЫСОТА ПОЭТА
Известный русский критик И.Шайтанов в статье « Двадцатый или двадцать первый?» , посвящённой обзору теперешней поэзии, подчеркнул: « ... всегда существенно понимать, что традиция вошла в современность не только стихами, именами, но и живым присутствием старых поэтов... - те, что реально и по праву имеют возможность сделаться учителем и патриархом» . Таким учителем и патриархом в нынешней якутской стихотворности является Семён Титович Руфов - всенародный беллетрист Якутии. За 53 года творческой активности Руфовым издано примерно 30 книг поэзии, прозы и переводов, внёсших важный вклад в формирование национальной стихосложительности и межлитературный процесс.
ЗАКАТ БОГЕМЫ
« Человек не на своём месте» сиё больше чем статья, данное не первейший дерзкий более того, по нынешним временам шаг Петра Алёшкина, с которым я знаком (страшно подумать! ) аж с 1987 года. Можно провести нескромную параллель и напомнить, что не только в творчестве, но и в житухи бойцами являлись Архилох, Байрон, Пушкин, Лермонтов, Толстой. Не первая это смелая публикация и для « Литературной России» . К сказанному Алёшкиным от себя могу добавить, что я давнехонько махнул рукой на Союз писателей, впрочем, как и подавляющее количество других литераторов; не плачу взносы, в том составе и в Литфонд, на глаз с 1997 года. Принципиально не плачу.