ОХОТА НА СНАРКА МИХАИЛА АНДРЕЕВА

Михаил Андреев - автор популярных песен, - те, что слышал по-видимому каждый. Хотелось бы сказать, что Андреев имеющий немалую известность человек, но сиё не нимало верно, скорее известны его тексты, и намного больше, чем он сам. Тяжко выискать человека, - тот, что не слышал бы произведения песенного жанра на его стихи: «Отчего так в России берёзы шумят», «Главное, что есть ты у меня», «Потому что запрещено быть красивой такой», «Тополиный пух» и другие. Для рядового слушателя сии песенки ассоциируются в первую очередность с исполнителями, а автор остаётся анонимной фигурой, о существовании которой маловато кто догадывается. В этом смысле Андреев выступает как творец фольклора, произведений обезличенных, лишённых авторства, народных. И в самом деле, его песни носят общенародный нрав - их распевали многие и многие, за рюмкой и элементарно так, юные и старые. Таким образом, его стихосложительность не элитная, она не для избранных ценителей искусства, а для всех. Творчество Андреева - массовое и в популярной части его творений, его следует отнести к представителям поп-культуры.
Так сложилось, что поп-культура, как правило, неразрывно связана с шоу-бизнесом, является средством производства финансовых средств и имеет самое малое общего с искусством, но видимо-невидимо с бизнесом. И все-таки наречь Андреева шоуменом язык не поворачивается как раз по той причине, что его без малого никто не знает, и денежные потоки, рождённые его творчеством, проходят мимо него.
Вот эдакая выходит парадоксальная ситуация, что Андреев выступает в роли фольклорного шоумена.
Есть у стихотворца и другие стихи, которые не стали ещё публичным достоянием, не опосредованы исполнителями и средствами массовой культуры, и потому что сохраняющие авторскую интимность и отражающие персона создавшего их поэта. О таких поэтических произведениях и стоит поговорить, а «Тополиный пух», «Это ты сделала объявление войну», «Про любовь, про тебя» лучше покинуть в стороне, оттого что данные тексты уже стали лицами групп «Иванушки», «Корни» и «Фабрика» в большей степени, чем Михаила Андреева.
Андреев пишет поэтические произведения о том, что видит, что окружает его в повседневной жизни, о своих переживаниях и чувствах, о любви. Его стихотворность индивидуальна и не претендует на постановку глобальных социальных и идеологических проблем. Он не идеологичен, и данное является его огромным плюсом, как поэта. В виршах он нередко размышляет вслух о мимолётных, случайных ощущениях, но не менее значимых из-за своей сиюминутности, оттого что они передают важнейшие состояния души.
Полностью вероятно, что в этом милом грустном поэтическом произведении Андреев иронично сравнивает себя с домашним цветком, озвучивает свои мысли о несбыточности больших надежд и малых человеческих возможностях. Содержание и форма в этом месте не вызывают нареканий, стих гармоничен.
Но есть у Андреева и другие стихи, которые заставляют читателя спотыкаться о рифмы и образы, и недоумевать о смысле сказанного. Показательно в этом смысле поэтическое произведение «Опять нахлынули мечты».
Ежели бы это стихотворение попалось на глаза Ивану Бунину, известному суровым критическим отношением к поэзии, то жутко более того, вообразить, что бы он сказал. Страшно, но не сложно. А поделился бы он на глаз следующее. Что общего между упрямством и новизной листа с красой и молодостью Герцена (и отчего именно Герцена?) Аналогичные образы несложно придумывать с ходу, например: «...И дуб свирепо бородат, как стареющий пожилой человек Толстой». Рифма нов/снов также вызывает удивление, и при чём тут сто (и почему именно сто) величественных индульгенций, не понятно. Хотя ясно, что Герцен явился для рифмы с индульгенциями. Или наоборот. Дальше всё не менее сложно и туманно. «Застукать врасплох» это как «шагать пешком», а таинственные школьники, навеки освобождённые от зависти и дисциплины, ветры, от темноты до темноты пронизывающие капилляры, гений, ловящий ртом некие капели, заставляют вспомянуть «Охоту на Снарка» Льюиса Кэрролла или лимерики Эдварда Лира. Но там абракадабра образов умышленна, она юмористична, мотивирована замыслом автора, а вот к чему стремился в этом стихотворении Андреев?.. Быть может ли, что он продолжатель традиций поэтического нонсенса? Вот показательные отрывки из «Охоты на Снарка» Льюиса Кэрролла:
Сходство очевидно. Если бы стихотворение Андреева «Опять нахлынули мечты» было единственным в его творчестве, созданным в стиле нонсенса, то его следовало бы понимать как некую случайность, вздор и нелепость. Но нет, снова и ещё в его сборниках встречаются творения в духе Кэрролла и Эдварда Лира. Например, дивный образчик бестолкового стиха - «Зеркало». Что характерно, и начинается оно с маленькой буквы, и лишено знаков препинания.
Уже одно наименование стиха отсылает читателя к настолько важному элементу мира нонсенса Кэрролла, как зеркало («Алиса в Зазеркалье»). В нём Андреев мастерски продолжает черту поэзии-бессмыслицы, но перекладывая её на российский менталитет и не пытаясь подражать типично английской специфике поэтических произведений Лира и Кэрролла. Непосвящённый читатель увидит в этом стихотворении скорее провокацию, ахинею или предположит секретный смысл, неподвластный его уму, или же привнесёт в него родной для себя личный смысл, в то время как настоящая сущность его - это нонсенс.
Впрочем, есть у Андреева и подражание «Охоте на Снарка». Сравним кэрролловское:
И андреевское:
Как певец нонсенса Михаил Андреев раскрывается с новой стороны, его творчество предстаёт в ином, неожиданном для многих (и очевидно для него самого) свете и требует пересмотра. Не исключено, что даже его прославленные хиты, например, «Тополиный пух», с этого угла зрения оказываются шедеврами фольклорного нонсенса, ставшими глобальным достоянием, потому что их распевала вся страна. И в этом смысле Андреев выступает в роли провокатора, что, в общем, целиком согласуется с концепцией нонсенса.