ИЗУМЛЯЕМСЯ ВМЕСТЕ С АЛЕКСАНДРОМ ТРАПЕЗНИКОВЫМ
Василий Розанов некогда заявил о литературном трудовом процессе так: «Секрет писательства содержится в вечной и невольной музыке в душе. Если её нет, человечек имеет возможность только осуществить из себя писателя, но данное не писатель». Сегодня негусто кто задумывается над этим, выпустив одну-две книги. Им эту «музыку» заменяет умелая реклама. И вот уже какой-нибудь пронырливый бизнесмен или пустая бабёнка с гордостью именуют себя «писателями», девальвируя само понятие Литературы. Прислушаться бы им к заявлениям другого великого человечка - Валентина Саввича Пикуля, написавшего полным-полно прекрасных романов, но которого нередко злопыхатели обвиняли в отсутствии системного образования (всего пять классов). И сиё притом, что он имел поистине академическими знаниями, собрал за свою жизненность огромнейшую библиотеку, в которой ведал каждую страничку в всякий книге. Цитирую: «Существует достаточно распространённое суждение о писательском работе как о деле ежели и не серьёзном, то, во всяком случае, в отдалении не обременительном. «Подумаешь, - рассуждает другой обыватель, - сидят себе в тепле и уюте, чирикают пёрышком по бумаге... Это наверное не кирпичи таскать... А живут-то, живут-то как! На "агрегатинах" разъезжают, дачи строят...» Грустно делается порой от таких рассуждений. Ведь литература нашенская - если располагать в виду истинную литературу, а не подёнщину с целью заработка, истинных писателей, а не приспособленцев и халтурщиков, - это неизменно титанический труд, это полная самоотдача и добровольный отказ от многих удовольствий жизни, это своего рода подвиг, наконец. Недаром родная художественная словесность, начиная со времён Ломоносова, Пушкина, более того, ещё куда более ранних времён, занимала и занимает настолько же важное место, являя образец гражданственности и беззаветного служения народу. И вот что показательно: чем талантливее художник, тем обострённее он чувствует "закавыки" времени, тем он активнее как гражданин».
Кому-то сегодня имеют возможность показаться сии слова и устаревшими, старомодными, «не в формате» времени. Но я их на все сто разделяю: это и титанический труд, и полная самоотдача, и деятельная гражданская позиция. А сам Пикуль доказывал это всей своей жизнью, своими романами «Честь имею», «У последней черты», «Океанский патруль», «Баязет», «Моонзунд», «Битва железных канцлеров», «Пером и шпагой», «Слово и дело», «Богатство», «Крейсера», «Каторга», «Три возраста Окини-сан», «Реквием каравану PQ-17», «Из тупика», «Фаворит», выходивших миллионными тиражами. И в текущее время они до того же популярны, как во времена первого их выхода в свет. По ним возможно осваивать историю России. Он садился за близкий себе рабочий столик в девять вечера и не отрывался от бумаги до семи утра. И так всякий день, минуя всяческие праздники, Новый год и даже дни своего рождения. Не отвлекаясь на пагубные манеры и пустопорожные разговорчики (вот только дымил много). Кто из нынешних писателей способен на такое? Не знаю. Наверное, он был последним титаном в писательском мире.
Очень рекомендую тем, кто ещё худо ведает его труды, но кто уже предпочел выбрать себе писательскую стезю, познакомиться с книжкой Антонины Пикуль «Жизнь и творчество Валентина Пикуля в фото и документах» (Издательский дом «Вече»). Этот богато иллюстрированный альбом включает в себя значительнее 500 исключительных фото и приурочен к 80-летию писателя. Годы его житухи - 1928 - 1990. Яркие и трудные годы, весь творческий маршрут выдающегося русского писателя, у которого реально многому поучиться современным литераторам. Ведь мы ещё так до финала и не познали его. А книжка сия - приглашение к раздумью, на практике первая попытка воссоздать ослепительный образ писателя в соответствии с его творчеством. Вдова Валентина Саввича и издательство сделали крупное и необходимое дело, бережно собрав текстовые и иллюстративные материалы. Как пишет сама Антонина Ильинична в предисловии, приводя слова Уитмена: «Друг мой, это не книга, прикасаясь к ней, ты прикасаешься к человеку». Здесь два взаимодополняющих пласта: тексты самого Валентина Саввича, взятые из его воспоминаний, статей, записей, и размышлений, дополнений, комментс вдовы. А для удобства читателей все слова В.Пикуля представлены курсивом. Такое построение книги-альбома только помогает восприятию содержания. Ну а уж о фотографиях и изрекать нечего: они передают не только дух времени, но как будто ощущаешь живую и тёплую душу писателя. Постскриптум. К моему великому счастью, мне случилось быть знакомым с Валентином Саввичем Пикулем. Я приезжал к нему в Ригу на улицу Весетас в дом 8 в концевой год его жизни. Тот радушный приём и беседы запомнятся мне до конца жизни. Я имел смелость преподнести ему свою компактную книжку рассказов, а в отклик получил крупный том «Нечистой силы», только что вышедшей в Красноярском книжном издательстве, с дарственной надписью: «Моему коллеге Александру Анатольевичу Трапезникову. В.Пикуль. ХХ век. Riga». Хотя какой я «коллега»! Но вот касательство маститого писателя к начинающему литератору - оно дорогого стоит. А за окном в это время местная националистическая «нечистая сила» уже вовсю размалёвывала асфальт оскорбительными для Пикуля лозунгами. Он, конечно, переживал, но не обращал на дураков внимания. А делал своё великое дело.
Таких чутких, пронзительных, вероисповедальных рассказов я в последнее время встречал чертовски редко. Думал, никто уже так тонко и искренне, в традициях отечественной литературы, в стилистике лучших классических образчиков уже и не напишет. Всё больше попадаются рассказы нервные, таящие не любовь, а злость, мстящие и обличающие человечество. А тут - сильнейшее влияние на душу и сердце. Поверьте, слёзы подкатывали к горлу, когда я уяснял текст небольшую книгу Алексея Варламова «Таинство», изданную Сретенским монастырём, при поддержке благотворительного фонда «Вольное Дело», в серии «Современная православная проза». Благую миссию исполняет данная серия, печатая самых одаренных писателей России, вера - тех, что выражается не только в их жизни, но и в творчестве. Причём тут публикуются как просторно имеющие немалую известность писатели, уже стяжавшие заслуженную славу, так и начинающие литераторы, которым нелегко пробиться к читателю через коммерциальные издательства. Алексей Варламов принадлежит к числу первых. Первых во всех смыслах этого слова. Родился он в 1963 году в Москве, окончил МГУ, а его романы, повести, рассказы и эссе стали печататься с 1987 года в ведущих писательских журналах России и Русского Зарубежья: «Новом мире», «Знамени», «Октябре», «Москве», «Роман-газете», «Гранях», «Новом журнале» и многих других. Он автор нескольких книг прозы и жизнеописаний серии «Жизнь замечательных людей». Лауреат премии «Антибукер» за повесть «Рождение» (она представлена в сборнике), второй премии «Большая книга» и премии Александра Солженицына с таковый вот показательной формулировкой: «за тонкое исслеживание в художественной прозе силы и хрупкости человеческой души, её судьбинушки в современном мире; за осмысление путей русской литературы ХХ века в жанре писательских биографий». Но Бог с ними, с формулировками, важнее то, что Варламов не предлагает читателю лёгких ответов на самые сложные вопросы; он показывает, как меняется, преображается житьё по мере того, как человек осознаёт неслучайность всего происходящего и научается распознавать знаки Божьей свободы в своей земной судьбе. В данный сборник вошли его авторские откровения разных лет, объединённые общей темой сокровенного существования русского человека. Такие замечательные рассказы, как «Таинство» (о преображении священнослужителя, его нравственном поступке, если не подвиге), «Случай на узловой станции» (тоже практически о подвиге, только мирянина), «Мытарь», «Связь», «Сочельник» (о тщете и гибельности богатства, накопительства), «Печаль», «Заступница» (материнство и детство), другие. Вот и я также пробую в текущий момент приложить к этим очеркам некие близкое себе краткие формулировки. А этого воспрещено делать. Ведь когда автор размышляет о тайне рождения и смерти, о сомнениях и борениях человеческого сердца, о постижении человечком образа Божия в самом себе, о возможности и невозможности этому образу соответствовать, то критику-рецензенту лучше всего молчать. Нечего ни прибавить ни убавить от написанного. Есть вещи, которым можно только негромко внимать. Как таинству слова в Церкви. И постскриптум тут мой классический окончательно не нужен.
Книга Юрия Назарова называется «Только не о кино» (издательство «Алгоритм»), и только вслед прочтения её понимаешь, отчего родной прославленный артист передал как раз эдакий заголовок, вроде бы отстраняясь от кинематографа. А потому что им сыграно более полутора сотен ролей в таких знаковых фильмах, как «Андрей Рублёв», «Зеркало», «Кавказский пленник», «Непрошеная любовь», «Маленькая Вера», «Горячий снег»... Были и другие картины, - те, что остались как бы «проходными», например, «Две судьбы», но и они принесли зрительскую любовь, несмотря на всю убогость сценария и слабую режиссуру. Просто и в этих киношедеврах актёр выкладывался до конца, играл так, аки жил, а жил он "всю дорогу" одной бытием со своим народом. Но книжица его в самом деле не о кино, вернее, не только и в первую очередность совершенно не о нём. Это исповедальная проза. Не нужно только путать с мемуарами постаревшего артиста, с воспоминаниями. Тут бьётся активный пульс человека, не мыслящего свою собственную судьбинушку за пределами судьбины Родины. Это книга в первую очередь о людях и событиях, с которыми столкнула его жизнь. И писалась она так же всю жизнь, зачастую урывками, в перерывчиках между съёмками, на кухне или в машине, когда оставалось время излить душу в слове. А словечко у Юрия Назарова звучит попросту и ясно, а основное - искренно.
Родом он из Сибири. Здесь его гнездовье, где прошло армейское и послевоенное ребячество - с заснеженными окнами и раскалённой докрасна печуркой зимними вечерами, с настоящей мальчишеской дружбой и мечтами о мореходке. Кстати, мечты о морских поездках по миру воплотились в замечательном киношедевре «Баллада о Беринге и его друзьях». Здесь же решилась раз и насовсем его судьбинушка - только искусство, сцена. Подвигнул его на это друг, «футбольный бог» и премьер школьного драмкружка, а в будущем один из великих наших писателей Виктор Лихоносов. Вместе они поедут в Первопрестольную поступать в театральное училище. Потом будут годы метаний, стройка в Казахстане, возвращение к актёрской профессии. Много чего будет - и обо всём этом в книге, в его исповедальной прозе, созданной чистым и понятным каждому русскому человеку языком. Но что её пересказывать, всё равно, что переснимать одаренный фильм, будет только хуже. Лучше приведу соображение Саввы Ямщикова о Юрии Назарове: «Всё российское искусство - за людей!» Эти слова замечательного актёра Юрия Назарова я вынес в заголовок нашего с ним диалога в книжке «Созидающие», куда вошли беседы-откровения с сорока наиболее заметными людьми России, сохранившими своё лицевое "обличье" в гнилостную эпоху рыночной экономики и не поспешившими присягнуть на верность сперва горбачёвскому, а после этого и ельцинскому правлению. В плеяде русских артистов-классиков я особенно выделяю и ценю творчество Юрия Назарова. Услышал о нём впервинку на съёмках «Андрея Рублёва», где я трудился консультантом... Всю последующую историю отечественного кино без Назарова представить невозможно. Нет практически ни одного магистрального совдеповского фильма, где бы он не сыграл главную или эпизодическую роль. Причём назаровские моменты дорогого стоят. Юрий Назаров из гвардии Жжёнова, Гостюхина, Стриженова, Заманского, Михайлова - приподнято чтящих достоинство и честь русского актёра. Любую роль он старается сыграть филигранно - не важно, положительного или отрицательного героя он изображает. Чтобы сформировать столь разных образов, надобно обладать зажиточный духовный опыт, а у Назарова он, безусловно, присутствует. Я рад, что в годы «катастройки» рядом сошёлся с Юрой. Он не предал годами выношенных идеалов патриотизма и подлинной влюбленности к России. В нашей болтовне из цикла «Созидающие» Назаров говорит: «Всё русское искусство, начиная со «Слова о полку Игореве» и ещё раньше, с «Поучения Владимира Мономаха» - всё оно за громаду. Вся величайшая российская культура на этом стоит... За други своя, а не за собственную задницу». Да, дорогой Юрий Владимирович, только великая вера спасёт русского человека. На ней держится твоё творчество и искусство всех, кто противостоит разнузданному швыдковскому глобализму. А он хуже любого западного, потому как там люди, аналогичные тебе, не загнаны в уголок и не презираемы так, как презирают русские «олигархи» и заправилы грязного шоу-бизнеса истинных служителей прекрасного в России». Постскриптум. Процитировал я данные слова Саввы Ямщикова и тут же вечерком в одном из телевизионных шоу пресловутый писательский сморчок Виктор Ерофеев оскорбил Юрия Назарова, в упор «не узнав» его; потом, правда, поправился, снисходительно обронив: «артистов я люблю». Куда тебе, пигмей, с этакий русской глыбой тягаться! Твоё местечко в буфете.
Опубликовано: 21 ноября 2008