ОМАР ХАЙЯМ ИЗ КОКТЕБЕЛЯ

Это наименование не моё, его придумал Николай Анисин, когда строчил о Георгии Мельнике. А я позаимствовал, оттого что также пишу о Георгии Сергеевиче Мельнике, а точнее название изобрести не смог. У Жоры в сии майские дни торжественный день - ему шестьдесят. Прекрасный возраст для стихотворца - он уже всё знает, всё может и ещё всё может.
Ему подвластна мысль, подвластен образ и строка. И самое основное - ему есть что произнести людям. Он пишет о любви, о море, о вине. Но не заблуждайся, дорогой читатель, внешней простотой его хмельной поэзии. В некий миг ты неожиданно поймёшь, что речь идёт о чём-то куда более важном - о тебе, о твоих бессонных ночах, о твоих саммитах и разлуках. В какой-то момент ты как снег на голову заподозришь, что стихосложитель ведает обо всём этом больше тебя. А его мастерство таково, что тебе всенепременно захочется прочесть данные строчки близкому человеку, другу, любимой женщине. В этом таится загадочная магия поэтических произведений Георгия Мельника.
Коктебель, в котором живёт поэт, тоже обладает какой-то колдовской магией, сюда стремятся люди, нередко не понимая даже, что же их влечёт, какие силы сдернули с места, ради чего они в этом месте оказались. Но пришедшее аки детская неожиданность душевное отсутствие тревог убеждает - всё правильно, всё так и подобает быть.
И данное вот особенное душевное состояние подвластно перу Георгия Мельника. Да, он зачастую пишет о вине, о дамских прелестях и соблазнах южного побережья, но за этим неизменно видится печальная, всепонимающая улыбка автора. Его безусловный гений позволяет ему в трезвоне стаканов, в словах хмельного тоста, в лукавом глянце женских зрачок узреть главное, что печалит и радует человека.
А вино, стаканы, тосты - сиё всего только повод.
Как и у восточного мудреца из Хорасана Омара ибн-Ибрагима Нишапурского.

Keywords: